Ш. Шихалиев. Дагестанская суфийская литература в XIX — начале XХ в. Краткий обзор

Опубликовано в журнале «Pax Islamica.  Мир ислама»,  №2 (3) за 2009 год. Оригинал статьи со всеми сносками читайте в PDF внизу.

***

История суфийской литературы в Дагестане берет свое начало с рубежа XI-XII вв., о чем свидетельствует сочинение Мухаммада б. Мусы б. ал-Фараджа Абу Бакра ад-Дарбанди «Райхан ал-хака’ик ва бустан ад-дака’ик» («Базилик истин и сад тонкостей»). Учитывая то, что самого Абу Бакра ад-Дарбанди приобщил к суфизму житель Дербента Абу-л-Касим ал-Варрак, можно предположить, что сочинения по суфизму существовали в Дербенте и в более ранний период. Однако сочинение «Райхан ал-хака’ик» остается самым значительным из дошедших до сегодняшнего дня литературных памятников раннего суфизма на Кавказе. Как пишет А.К. Аликберов, «Сочинение, известное в единственном списке 1342—43 г., написано на рубеже XI-XII вв. в жанре энциклопедического словаря и представляет собой свод суфийских теоретических (доктринальных), практических (обрядовых) и специальных (технических) терминов, общеисламских понятий, используемых суфиями и соответствующих их мировоззрению и религиозной практике, а также морально-этических категорий, составляющих суфийский ада б — своеобразный кодекс правил, норм и обычаев мистиков».

После XII в. вплоть до XIX в. дагестанская суфийская литература не представлена ни одним сочинением из числа местных авторов. Вполне возможно, что в частных и иных рукописных хранилищах Дагестана имеются сочинения и других средневековых дагестанских авторов, однако в настоящее время они не выявлены. В то же время Рукописный фонд ИИАЭ, а также частные книжные хранилища располагают множеством списков сочинений ал-Газали, датируемых XII-XVII вв. Весьма любопытно мнение А.Р. Шихсаидова, который обратил внимание на то, что фактически каждый век начиная с XII в. в Дагестане переписывались многочисленные сочинения ал-Газали, но археографическая работа в Дагестане не выявила ни одного сочинения этого автора, переписанного в XVIII в.

XIX в., преимущественно его вторая половина, а особенно первая треть XX в. дает нам большое количество суфийских произведений дагестанских авторов, причем жанровая и тематическая характеристика этих сочинений показывает существенную разницу между ними и сочинениями ближневосточных мусульманских суфиев Средневековья, сочинения которых были распространены в Дагестане. Отличие их состоит в том, что если сочинения средневековых авторов посвящены кодификации суфийских терминов, анализу основных суфийских понятий и этических норм и негласных канонов, то в некоторых рассмотренных нами трудах дагестанских авторов XIX-XX вв. подробно рассматриваются вопросы ритуальной практики в рамках накшбандийского и шазилийского тарикатов. Исключением, пожалуй, является сочинение «Асар», принадлежащее перу одного из первых дагестанских накшбандийских шайхов Мухаммада ал-Йараги, в котором автор опирается больше на этические и нравственные нормы мусульман. «Асар» ал-Йараги выделяется из ряда суфийских сочинений его последователей именно своей абстрактностью и более широким охватом этических и нравственных проблем. Это сочинение посвящено даже не практике и нормам какого-либо тариката, как у более поздних дагестанских авторов, а общей мусульманской этике.

Археографическая работа в Дагестане выявила около тридцати оригинальных сочинений, принадлежащих перу дагестанских шайхов XIX — первой половины XX в., как рукописных, так и изданных в исламских типографиях Дагестана и Сирии. Это сочинения местных суфийских шайхов Мухаммада ал-Йараги, Джамалуд-дина ал-Газигумуки(ум. в 1869), ‘Абдурахмана ас-Сугури (ум. 1882), Мухаммада ал-‘Убуди4, Ильяса ал-Цудакари (ум. 1904), Шу’айба ал-Багини (ум. в 1909/12 гг.), Сайфуллы-кади ан-Ницубкри (1853-1919), Хасана ал-Кахи (1852-1937), Шарафуддина ал-Кику-ни Йа валади, и др. Однако эти работы, широко распространенные в суфийских вирдах, все еще не введены в научный оборот и даже не переведены с арабского языка. Довольно часто вопросы, связанные с сущностью учения суфизма и его практикой, обсуждались на страницах арабоязычной газеты «Джаридат Дагистан» и журнала «Байан ал-хака’ик».

Одним из наиболее ранних из числа зафиксированных текстов, посвященных этике и ритуальной практике накшбандийского тариката, является сочинение Джамалуддина Газигумукского «Адаб ал-мардиййа фи-т-тарикат ан-накшбандиййа» («Удовлетворительные правила в нак-шбандийском тарикате»), известное по многим рукописным спискам и неоднократно изданное не только в Дагестане, но и за рубежом. В «Сборнике сведений о Кавказских горцах» был опубликован выполненный А. Омаровым перевод общего содержания небольшой части этого сочинения.

Как пишет сам Джамалуддин Газигумукский в предисловии к своему труду: «Наиболее достойные деяния последователей сунны — следование пути тариката в своем поклонении, что пришло к нам от Пророка, да благославит его Аллах и приветствует, посредством его сподвижников через суфийских шайхов. Накшбандийский тарикат является самым величественным и самым достойным [в сравнении с другими тарикатами]. Он остался чистым в своей основе от всяких наслоений и ущербности, таким, какой он был во времена сподвижников [Пророка], да будет доволен ими Аллах. Он лишен новшеств, которые добавили [некоторые суфийские шайхи], подобно громкому зикру, музыке, танцам и так далее, и которых не было ни во времена Пророка, да благословит его Аллах и приветствует, ни во времена праведных халифов и их последователей. Я хочу пояснить правила накшбандийского тариката, которые необходимы для тех, кто следует пути тариката. Для облегчения понимания этих правил ими, основываясь на достоверные книги, я написал это сочинение в сокращенной форме, собрав в нем все необходимое. Я назвал это сочинение «Удовлетворительные правила в накш-бандийском тарикате». Я надеюсь, что Аллах [сделает это сочинение] пользой для людей и средством для достижения Рая».

Относительно того, что необходимо знать вступающему на путь тариката, Джамалуддин ал-Газигумуки пишет следующее:«Первое, что необходимо совершать муриду — это исправить свои убеждения в соответствии с тем, что свойственно Нашему Повелителю Всевышнему, как то, что присуще Ему и что не может быть Ему присуще». Здесь автор, вероятно, подразумевает такие атрибуты, которые обязательно присущи Аллаху: вечность, нетленность, неподверженность изменениям времени, всемогущество и т.д, а также их противоположность, т.е. то, что не может быть Ему присуще: бренность, сотоварищество и т.д. Таким образом, начинающим адептам необходимо знать и воспринять сердцем основополагающие атрибуты мусульманской догматики, в данном случае — в интерпретации аш’аритской богословской традиции.

Далее автор пишет, что также необходимо знать о пророке Мухаммаде, вероятно подразумевая краткую его биографию. Он также подчеркивает: «[Муриду] нужно изучить Коран в пределах того минимума, что ему необходимо знать. Далее, мурид должен знать то, что ему необходимо в вопросах фикха, как то: правила совершения омовения, ритуального купания, омовения песком, удаление нечистот, составные части (основы) молитвы, поста и другие [обязанности], которые ему необходимо знать в служении [Аллаху]. Он не должен изучать больше того, что было упомянуто до тех пор, пока не очистятся его душа и сердце, ибо сказано, что очищение сердца от скверны является большой необходимостью для освобождения своей души от плена природной сущности [человека] и очищения зеркала сердца от пелены, которая удаляет его от ощущения в своем сердце присутствия Аллаха, не позволяет ему постичь истину вещей, понять тонкости наук.

Затем, он должен совершить покаяние с необходимыми условиями, очистить свое сердце от гордыни, зависти, тщеславия, лицемерия, плохих помыслов и так далее. Он должен поклоняться своему Господу и совершать богопоминание так, как ему поручил его шайх» [там же].

Структурно автор разделил это сочинение на одиннадцать глав.