“Покорнейше просим, чтобы татар не было…”

Ренат Беккин

(Опубликовано в журнале «ГАСЫРЛАР АВАЗЫ — ЭХО ВЕКОВ», № 3/4, 2014)

Об анонимных письмах против официантов-татар петербургского ресторана «Медведь» в 1906 г.

Большая часть татарского населения Петербурга начала XX в. — а это больше семи тысяч человек — была занята в сфере мелкой торговли и услуг. В мемуарной литературе сохранились воспоминания о татарах-старьевщиках, которых в обиходной речи именовали «князьями». «Князья», торговавшие «красным товаром», появлялись во дворах Петербурга с криками: «Халат, халат!»

Немало татар было и среди дворников. К началу XX в. дворники-татары постепенно вытеснили тверичей, традиционно занимавших эту нишу в столице. Промышляли татары и извозом. Ломовые извозчики-татары успешно конкурировали с выходцами из центральных губерний России. Из татар комплектовалась по преимуществу низшая прислуга в Зимнем дворце.

При упоминании о татарской общине Петербурга в конце XIX — начале XX в. невозможно обойти стороной еще одну сфер деятельности татар — работу официантами в ресторанах. Практически все рестораны высшей категории в столице империи имели прислугу из их числа. Официанты-татары служили в таких ресторанах, как «Астория», «Гранд-Отель Европа», «Доминик», «Донон» («Старый Донон»), «Контан», «Кюба», «Медведь» и др. Не обходилось без них и в ресторанах. которые принадлежали их землякам и представителям других мусульманских народов, населявших Россию. Таких ресторанов во второй половине XIX — начале XX в. было четыре: «Карамышев» Файзуллы Карамышева на Невском проспекте, «Крестовский сад» Хабибуллы Ялышева на Крестовском острове, «Самарканд» Рахматуло Халитова в Новой Деревне и открытый в 1910 г. «Донон, Бетан и татары», совладельцами которого были вчерашние официанты — крестьяне Изатулла Брондуков и Ибрагим Танкачеев. Татарам также принадлежали железнодорожные буфеты на станциях Балтийской, Варшавской, Николаевской и Царскосельской железных дорог.

В основном официантами в столичных ресторанах служили выходцы из Касимовского уезда Рязанской губернии. Татар высоко ценили владельцы ресторанов. Они отличались исполнительностью, честностью в денежных вопросах, чистоплотностью. У некоторых представителей царской фамилии были свои любимцы среди официантов-татар. Так, у великого князя Николая Николаевича был любимый официант Атаулла в ресторане Генерального штаба. Случалось, великий князь преодолевал 40 верст на иноходце из Царского Села, чтобы неторопливо выпить бокал шампанского, поднесенный Ата-уллой.

Официанты-татары объединялись в артели и жили в одном доме. В случае троекратного нарушения правил общежития член артели мог быть изгнан из нее. На практике это означало невозможность найти хорошую высокооплачиваемую работу в столице и возвращение с позором в родную деревню.

У касимовских татар в Петербурге существовала своя организация, своего рода профсоюз — Бекбулатовское общество взаимной благотворительности, учрежденное в 1867 г. Члены общества строго следили за дисциплиной среди его членов. Так, штрафы были предусмотрены не только за несвоевременную уплату взносов, но и в случае безнравственной жизни члена общества, учиненных им беспорядков или несоблюдения правил устава. В качестве исключительной меры предусматривалось исключение из общества. Одно из специфических положений в уставе содержало предписание каждому члену, узнавшему об имеющейся вакансии, незамедлительно сообщить о ней правлению с тем, чтобы последнее могло рекомендовать на эту должность кого-либо из членов общества. Не сделавший этого своевременно обязан был уплатить штраф в размере, не превышавшем три рубля.

Подавляющее число татар, служивших официантами, придерживалось консервативных верноподданнических взглядов и не поддерживало либерально настроенную мусульманскую интеллигенцию. Тем более удивительным показалось то дело, с которым автор этих строк столкнулся в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга.

Публикуемый нами документ представляет собой два анонимных письма, направленных в адрес управляющего рестораном «Медведь» господина Фота.

Об анонимных письмах против официантов-татар петербургского ресторана «Медведь» в 1906 г.

«Медведь» был одним из фешенебельных ресторанов Петербурга. Он был открыт в 1878 г. бельгийцем Эрнестом Игелем. Вскоре ресторан превратился в место традиционных встреч литераторов, проводивших здесь свои редакционные обеды. Частыми гостями в «Медведе» были артисты. После спектаклей они и театральная публика приезжали сюда поужинать. Одним из постоянных посетителей ресторана в 1910-е гг. был Ф. И. Шаляпин.

Как и в других фешенебельных ресторанах столицы, значительную часть прислуги «Медведя» составляли татары. В январе 1906 г. управляющий рестораном Фот получил два анонимных письма, содержавших требование уволить официантов-татар. Первое письмо было написано от имени неких «господ военных», под вторым стояла подпись: «защитник Царя и Отечества». В случае невыполнения своего требования аноним обещал учинить погром. Причем оговаривался временной промежуток, в который это должно было произойти, — с 10 по 15 января.

При первом прочтении обоих писем создается впечатление, что их сочинил какой-нибудь сатирик, например, А. Т. Аверченко. Но жизнь, как известно, разнообразнее любого вымысла. Написанные полуграмотным человеком, оба письма содержат полный набор штампов квасного патриота, радеющего за царя и Отечество. Однако управляющий рестораном отнесся к поступившим угрозам со всей серьезностью и немедленно обратился в полицию, о чем свидетельствуют материалы дела.

Основной вопрос, который возникает при знакомстве с содержанием писем: «Кто мог быть их автором?» Чтобы понять это, необходимо проанализировать причины, побудившие анонима взяться за перо. Как нам представляется, здесь будет уместно выделить четыре версии.

(Далее статья целиком в PDF, продолжение со стр.262)