И. P. Минуллин. Мусульманские общины в Татарстане в 1920-1930-е годы

(Опубликовано в журнале «Pax Islamica.  Мир ислама»,  №1 (2) за 2009 год)

В первые годы советской власти вопросам законодательства в отношении религиозных обществ было уделено большое внимание. Это объяснялось в первую очередь необходимостью практического осуществления отделения церкви от государства в тот период. В декретах, постановлениях и инструкциях был четко прописан юридический статус религиозных общин, их новое положение в обществе.

Религиозная община советского времени была полностью зависимым от государства объединением верующих граждан. Ее правовой статус был таков, что только подчеркивал полную ее бесправность и номинальность существования. Юридическое положение религиозных объединений позволяло государству неограниченно контролировать их, препятствовать их регистрации, ликвидировать.

Логика определения юридического и политического статуса мусульманской общины в Советском государстве, в частности в Татарстане, была в целом в духе советского законодательства. В законодательстве РСФСР вообще отсутствовало понятие «мусульманский приход». Единственным документом, определяющим такое объединение, был «Устав духовной организации мусульман РСФСР» (1923).

Приход представлял собой объединение мусульман с целью совместного отправления богослужения и обрядов, а также для удовлетворения религиозно-нравственных нужд верующих. Каждая махалля ограничивалась определенным районом, границы которого отличались в зависимости от местности. Так, население одного села могло входить в одну махаллю с единственной мечетью. Однако в большинстве сел и деревень насчитывалось по 2-3 прихода.

Приход составляло мусульманское население какой-либо местности, включающее лиц обоего пола, достигших 18-летнего возраста. Для решения внутриприходских проблем созывалось общее собрание верующих, работа которого строилась по типичному образцу собраний других обществ: избирался председатель собрания и секретарь, обязательно велся протокол.

Всю работу между собраниями верующих осуществляло приходское управление — мутаваллият. По уставу, в его обязанности входило обеспечение материального состояния общества, управление приходским имуществом, в том числе надзор за кладбищами, состоянием мечетей и других культовых зданий, заключение договоров на пользование недвижимостью, проведение в жизнь постановлений общих собраний. Такие обязанности резко отличали махаллю советского периода от дореволюционной. Полномочия первой ограничивались только религиозными делами, тогда как в сферу деятельности последней входили и мероприятия социального характера.

Тем не менее каждый приход существовал не только на основе Устава духовной организации. С развитием советского религиозного законодательства деятельность мусульманской общины становилась напрямую зависящей от него. В законодательной практике понятие «приход» заменено словом «общество» (религиозное общество), как и другие какие-либо объединения граждан. Религиозное общество могли организовать не менее 50 человек, достигших 18-летия. Согласно Декрету об отделении церкви от государства, религиозные организации лишались права юридического лица, их деятельность ограничивалась удовлетворением исключительно религиозных потребностей верующих, т. е. совершением обрядов. Религиозные общества должны были представить в административные органы протокол собрания учредителей общества, устав и список учредителей. После рассмотрения документов религиозное общество могло быть зарегистрировано в Наркомате внутренних дел.

Таким образом, мусульманский приход с юридической точки зрения являлся обычным религиозным обществом советского типа. Махалля представляла собой объединение мусульман с единственной целью — совместного отправления богослужения и совершения обрядов.

В целом юридический и политический статус религиозных общин практически не менялся до конца 1920-х гг. Постановление Президиума ВЦИК и СНК РСФСР от 8 апреля 1929 г. «О религиозных объединениях» ужесточило процесс регистрации религиозных обществ, их поднадзорность, зависимость от государства, облегчило процесс ликвидации.

Установив юридические основы существования религиозной общины, Советское государство с самого начала ограничило и ее функции. Община могла только устраивать богослужение, обслуживать храм или молельный дом, участвовать в съездах и назначать служителей культа. Но даже эти виды деятельности не были полностью свободны от государственного вмешательства. Община фактически потеряла такие ранее важные функции как просветительская, пропагандистская, благотворительная и др.

Однако до середины 1920-х гг. государство проявляло двойственную позицию к религиозным организациям. Отношение государства к исламу в целом было спокойным. В то время как по отношению к православной церкви совершались такие антихристианские акции, как закрытие монастырей, изъятие огромных материальных средств ит.п., мусульманские приходы остались практически не затронутыми советской экспроприацией. Вообще до 1922 г. ни в отчетах Татарского обкома РКП (б), ни в сводках местного отдела ГПУ, ни в других источниках «мусульманский вопрос» практически не поднимается.

Поэтому, анализируя многочисленные источники, можно сказать, что в 1920-е гг. мусульманская община еще могла функционировать в прежних, дореволюционных, рамках.

Читайте далее оригинал статьи в PDF (при наведении мышки справа появляется ссылка для перехода в режим полного экрана):