B.O. Бобровников. Мусульманская школа в раннем Советском Дагестане (1918-1927)

(Опубликовано в журнале «Pax Islamica.  Мир ислама»,  №1 (2) за 2009 год. В основу статьи положены архивные и полевые материалы, собранные по проекту «Islamic Education in the Soviet Union and the Commonwealth of Independent States» под руководством проф. Рауля Мотики, финансировавшемуся Фондом Фольксвагена в 2002-2005 гг.)

Советская эпоха, часто представляемая как время бесконечных анти-мусульманских гонений [Bennigsen, Wimbush, 1985], в действительности не являла собой такую однозначную и безрадостную картину. При внимательном изучении первоисточников можно выделить несколько периодов трансформации исламского образования в Дагестане в XX в. Это Гражданская война и борьба за установление советской власти на Северном Кавказе (1918-1921), раннее советское культурное и административное строительство (1920-е гг.), массовые политические репрессии в ходе социалистических реформ (конец 1920-х — середина 1940-х гг.), легализация мусульманских институтов после создания Духовного управления мусульман Северного Кавказа (1944 — начало 1950-х гг.), наступление государства на ислам (середина 1950-х — начало 1960-х гг.), стабилизация отношений советской власти и мусульманских общин в период «застоя» (1960-е — 1980-е гг.), «перестройка» (1985-1991), исламский подъем в постсоветский период (с начала 1990-х по настоящее время). В целом (с некоторым разнобоем в датах) эта периодизация, на наш взгляд, применима к истории мусульманской школы во всех мусульманских республиках СССР.

Определяющим критерием такой периодизации является смена политических режимов в стране, связанные с ней изменения в конфессиональной политике государства, а также условиях существования мусульманских общин. При переходе от периода к периоду формы институтов исламского образования, их содержание, функции и источники существования существенно менялись. Но в основе исламского образования оставалась сложившаяся в дореволюционном Дагестане автономная сеть негосударственных мусульманских школ, прежде существовавших за счет вакфов и частных пожертвований. Дореволюционные мактабы и Мадраса остаются образцом для подражания (порой недостижимо высоким) для большинства дагестанских и прочих северокавказских учителей-мударрисов и их студентов-мута‘аллимов. Дагестанские мударрисы советского и постсоветского времени в целом следуют дореволюционному «канону» образования, основанному на сочинениях шафиитской религиозно-правовой школы.

С эпохи Средневековья до 20-х годов XX в. ‘улама’ (алимы) из Дагестана поддерживали связи с мусульманскими учеными и преподавателями из зарубежных шафиитских центров исламского образования в Сирии, Египте, Йемене, Неджде. Многие дагестанские мута‘аллимы продолжали обучение в арабских странах. В целом же регулярные контакты Дагестана с культурными центрами Ближнего Востока были нарушены еще в период российского завоевания Северного Кавказа и строительства здесь укрепленной границы (Кавказской линии) в последней четверти XVIII — первой половине XIX в. После окончания в 1864 г. затяжной Кавказской войны связи между мусульманами российского и зарубежного Востока ненадолго восстановились (до закрытия русско-османской границы с началом в 1914 г. Первой мировой войны), однако уже не в том масштабе. Дагестанские ‘улама’и мударрисы вынуждены были переориентироваться на внутренние мусульманские регионы России, в первую очередь Поволжье [подробнее см.: Kemper, 1998]. В настоящей работе мы рассмотрим этот процесс на протяжении двух первых выделенных выше периодов.

Читайте далее оригинал статьи в PDF (при наведении мышки справа появляется ссылка для перехода в режим полного экрана):